Юрий Скуратов, бывший генеральный прокурор:

Позже моего ухода из Генпрокуратуры изгнали весьма полно людей. Ушли люди, которые могли проронить «нет», когда давались незаконные указания в связи с прекращением либо возбуждением уголовных дел. Эти кадры более того мне могли возразить, и я считался с их мнением. Нынче людей, способных вымолвить Устинову «нет», легко нет. Ушел заместитель генпрокурора Михаил Катышев это приличный и крайне ершистый человек. Ушел второй заместитель Владимир Давыдов. Ему предлагали остаться, но он отказался действовать с Устиновым. Ушел руководитель управления по расследованию особенно важных дел Владимир Козаков. В первую голову его перевели в отдел криминалистики, затем убрали. Ушла целая группа следователей и прокурорских работников, которые имели шибко четкую позицию. Например, Петр Трибой начальник следственной группы по делу Листьева, старшие следователи по особо важным делам Владимир Данилов, Борис Погорелов, Николай Индюков, Сергей Гребенщиков, Борис Уваров. Ушел шеф управления по рассмотрению арбитражных дел Александр Карлин и многие другие.

Хорошо почистили и региональные прокуратуры. Пришлось оставить прокурору Магаданской области Александру Неерди. На него все пора жаловался покойный глава администрации области Цветков. Если бы Неерди дали доделать близкое дело, то, возможно, губернатор не был бы убит. Убрали прокурора Москвы Сергея Герасимова, прокурора Курской области Николая Ткачева, тот, что жестко действовал в отношении тогдашнего главу администрации области Александра Руцкого. Семейство Ельцина искала с Руцким компромисс, чтобы тот выступил в Совете Федерации супротив меня. Уволили прокурора Тульской области Анатолия Седухина, московского природоохранного прокурора Владимира Мышкина.

Министр юстиции Юрий Чайка взял на себя неплохую функцию многих уволенных приглашал в Минюст. Из военной прокуратуры наиболее яркие увольнения генерал Юрий Баграев, надзиравший за расследованием «дела Скуратова», начальство отдела по расследованию особо важных дел Виктор Шеин. То есть разрешается собрать список из сорока-пятидесяти ответственных сотрудников, которые были изгнаны из прокуратуры за последние годы.

Система стала ещё больше жесткой. Неужто могут в эти дни что-то означать суды? Когда Верховный суд рассматривал факт аннулирования моей регистрации в качестве кандидата в депутаты Госдумы, я привел пять доказательств, каждое из которых исключало мое снятие с выборов. И все одинаково я проиграл. Неплохо еще, что это гражданское дело. Но с этакий же легкостью суды выносят обвинительные приговоры в уголовном процессе и ничего воспрещено сделать. Уязвимы все и в прошлом всего сами чиновники.

Keywords: